Древние гипербореи прекрасно знали о Центральном Портале планеты который они называли «Осью Мира», т.к. он находился в районе Северного полюса. С помощью этого портала гипербореи могли путешествовать в многомерных реальностях Земли, а также - перемещаться на другие планеты и звездные системы.
Характерно, что в древних монгольских мифах описывается мировая гора Сумеру, которая, согласно преданиям окружена 8 малыми и 4 большими мирами, из которых только южный - Джамбудвипа населен людьми. Эта гора располагалась рядом с Северным полюсом и по отношению к нему действительно весь наш мир расположен южнее. Очевидно, что гора Сумеру и «Ось Мира» гипербореев - это одно и то же - портал соединяющий различные миры (измерения) нашей Вселенной.
Шаманским аналогом «Оси Мира» является «Древо Жизни», которое образно связывают с высшим организационным принципом космоса. Корни этого «дерева» находятся в Подземном мире или царстве мертвых, ствол располагается в Срединном мире, или землях обыденной реальности, а ветви простираются в Верхнем мире, который также является землями вдохновения и провидения. Следуя вдоль ствола «дерева» шаманы путешествуют в эти реальности.
Три сферы бытия, соединяемые «Мировым Древом» или «Мировой Горой», также имеют подуровни (параллельные реальности), которых, согласно различным шаманским мифам может быть семь, девять или даже более.
Как отмечает А.Корнеев, концепция семи «небес» (уровней) особенно распространена в Юго-Восточной Сибири. Подобные мифы существуют у хантов, манси и джакунов. Не менее популярными являются представления о девяти, шестнадцати и даже тридцати двух «небесах». Так, девять миров, соединенных «Мировым Древом» лежат в основе скандинавской мифологии. О шестнадцати мирах говорят мифы телеутов.
Мировое Древо является одним из самых древних мифологических образов, отражающих представления древнего человека о структуре мира. Этот образ по своей сути символизирует «Ось Мира», соединяющую между собой небо, землю и преисподнюю. Только шаманы и маги сохранили за собой способности перемещения между этими мирами с тех далеких времен, когда данными способностями обладали все люди.
По словам известного антрополога М.Элиаде, техника шаманских путешествий заключается в переходе из одной космической сферы в другую, поскольку шаманы знают тайну перехода энергетического барьера между мирами.
В Подземном мире они восстанавливают утраченное знание, добывают знания о целительстве, ищут «потерянные души» или общаются с умершими. Путешествия в энергетическом теле в Срединном мире служат для ответов на повседневные вопросы. Верхний мир является сферой творчества, полета и безграничной свободы.
Структуру времени некоторые исследователи также сравнивают с большим ветвистым деревом или с извилистой дорогой, на которой то и дело встречаются перекрестки и разветвления. От этих и разветвлений и развилок в разные стороны уходит множество дорог и тропинок, поскольку будущее многовариантно. Эти развилки ученые называют точками бифуркации и характеризуются они тем, что самое ничтожное событие в этой точке может стать решающим для выбора нашего будущего.
В рамках данной модели времени судьба каждого человека напоминает ветвистое дерево, благодаря которому, согласно мнению древних мудрецов, у каждого человека имеется выбор как минимум шести вариантов своей судьбы от наихудшего до наилучшего. Однако, чем глобальней будущее событие, тем меньшее влияние на него может оказать отдельная человеческая воля.
Это объясняет тот известный факт, что, например, события будущего человечества или отдельной страны можно предсказать (спрогнозировать) с гораздо большей точностью, чем судьбу отдельного человека, поскольку с повышением иерархического уровня биологических систем их поведение становится более детерминированным.
Иными словами изменить судьбу отдельного человека гораздо легче, чем, например, судьбу народа. Не случайно С.Лайт отмечает: «Что касается явлений мирового масштаба, то случаи, когда какое-либо важное событие, предначертанное Вселенной в отношении той или иной страны, не осуществляется, крайне редки. Но у личности есть определенная доля свободы. Индивид, по сравнению с коллективом людей, обладает большей возможностью избежать неблагоприятных обстоятельств».
Большое значение для такой возможности имеет развитие «третьего глаза» - органа ясновидения. Не случайно в Древнем Египте его называли «оком судьбы», а в Тибете - «оком возрождения». Древние мистики указывают на связь Солнца с судьбами людей. Считается, что в информационных полях Солнца записана судьба каждого человека и, настроив соответствующим образом «третий глаз», можно проникнуть в эти архивы, считать нужную информацию и даже изменить судьбу. Однако возможно это лишь при наличии внутренней чистоты.
С.Лайт по этому поводу подчеркивает: «Тот, у кого око судьбы чисто, начинает по-настоящему видеть, чувствовать, понимать, он позволяет потокам, идущим из мира божественного, проникать в свое тело и очищать его. Когда рассеиваются все непрозрачные слои, которые могут затемнить этот глаз, через него устанавливается надежный контакт с информационными потоками вселенной, чтобы получать оттуда озарение, свет и вдохновение. И так как свет всегда обладает силой очищения, он способен изгнать из нас все нечистое, если мы можем работать с его лучами…
Секрет получения этого тонкого видения состоит в том, чтобы без устали работать над самими собой, отбрасывая от себя все, что может нас затемнить, загрязнить: надо содержать чистыми свои мысли, чувства, поступки, и настанет день, когда вам будет дано ясное видение того, как сделать свою жизнь подлинно счастливой».
Образ ветвящегося дерева Судьбы, «Древа жизни», являющийся своеобразной «картой», для путешествий в другие реальности практически идентичен у шаманов разных народов, разделенных многими тысячами километров. Подобной же структурой в шаманском мировоззрении является и «Магическое колесо», «Колесо Времени» или «Колесо Сварога», которое является мандалой, описывающей структуру пространственно-временного континуума многомерной Вселенной, как веера различных вероятностей, исходящих из оси «Колеса».
Подобно этому путешествие по «Оси Мира» приводит нас в различные миры и времена по специальным «пространственно-временным коридорам», соединяющимся с центральной «Осью Мира».
Доктор Х.Аргуэльес отмечает знание древними майя галактических порталов, в том числе и центрального, ведущего к центру нашей Галактики (Млечный Путь). Систему этих порталов они называли «Кушан Суум». Сам центральный портал, как и у гипербореев, представлял собой Центральную Ось Космоса, соединяющую миры различной мерности. Через этот портал посвященные и маги могли путешествовать в другие реальности, а существа из других миров - контактировать с нашей реальностью. Об этой Центральной Оси Космоса пишут также такие исследователи культуры майя, как Л.Шеле, М.Миллер, Д.Фрейдель и другие.
При этом майя знали о многомерности времени, а путем к постижению этой многомерности они считали достижение гармонии с энергетическим телом - телом Света. Только при расширении сознания время становится «вертикальным», т.е. содержащим весь веер вероятностей: «майянское время - это совокупность скользящих частотных диапазонов, или октав, которые подключают тебя вертикально к четвертому измерению…
В четвертом измерении время радиально и циклично. Это прошлое и будущее одновременно. Оно - по всей карте. Это сплошь deja vu и синхроничность, и это время не линейно. Когда ты берешь удочку своего чистого сознания и забрасываешь ее в октавы вертикального времени, то переживаешь время как циклы, которые проносятся в твоем теле одновременно». (Х.Аргуэльес).
Мировое Дерево (Древо) Славян, Древо Мира у Славян
- Поделитесь данными о стоимости ▲ ▼
- в кроне свивает гнездо соловей
- в стволе – пчелы” приносящие мед
- у корней – горностай, выводящий малых деток, или сами молодые, супружеская кровать;
- возле “трехугодливого” дерева стоит терем, где происходит пир и приготовлены “медвяны яства” (мед – пища бессмертия во многих традициях).
- В эрзянской традиционной религии на мировом древе Эчке Тумо находится гнездо священной птицы утки Ине Нармунь и которого выпадает снесённое ею яйцо Ине ал, из которого впоследствии возникает наш мир: скорлупа – небосвод Мень Эле со звёздами, желток – земля – суша Мода-Мастор, белок – бескрайний океан Иневедь.
- В древнем Иране верили, что священное древо растёт возле источников Ардвисури. На нём якобы жил царь птиц Сенмурв, который рассыпал семена по земле. Другая птица относила семена к источнику, из которого пила звезда, которая осыпала землю дождями. С дождём семена возвращались назад в землю.
- В скандинавских мифах видим вечнозелёное древо жизни Иггдрасиль, пропитанное живительным священным мёдом. Это громадный ясень, который является структурной основой всего сущего и соединяет собой девять миров. На вершине дерева сидит орёл, корень подгрызают змеи и дракон Нидхегг.
- «Вверх корнями, вниз ветвями, стоит вечное дерево Ашваттха. Оно называется „бессмертное“, в нём покоятся все миры, и никто не может его превозмочь» (Индийские Веды, Бхагават-Гита). С корнями вверх, с ветвями вниз, ашваттха считается непреходящим; гимны (Силы Саттва, раджас и тамас – то что удерживает в иллюзорном мире) – его листья, кто его знает, тот знаток Вед. Вверх и вниз простираются его сучья, возникшие из гун; объекты (чувств) – (его) побеги; вниз также тянутся его корни, связующие кармой в мире человеческом.
- В тюркской мифологии и впоследствии в казахских сказках фигурировал образ Байтерека. Байтерек своим расположением и композиционным строением выражает космогонические представления древних кочевников, по преданиям которых на стыке миров протекает Мировая река. На её берегу возвышается Дерево жизни – Байтерек, корнями удерживающее землю, а короной подпирающее небо. Корни этого дерева, соответственно, находятся в подземном мире, само дерево, его ствол – земном, а корона – в небесном. Каждый год в кроне Дерева священная птица Самрук откладывает яйцо – Солнце, которое проглатывает дракон Айдахар, живущий у подножия дерева жизни, что символически означает смену лета и зимы, дня и ночи, борьбу Добра и Зла.
Мировое дерево (лат. Arbor mundi) – мифологический архетип, вселенское дерево, объединяющее все сферы мироздания. Как правило, его ветви соотносятся с небом, ствол – с земным миром, корни – с преисподней.
В науке существуют различные взгляды на универсальность данного архетипа. В. Н. Топоров и его последователи трактуют Мировое древо расширительно, отождествляя его с Мировой осью во всех её вариантах. При таком подходе любое изображение дерева в культуре (в том числе Дерево жизни) рассматривается как отсылка к Мировому древу. При помощи данного образа, по мнению Топорова, «воедино сводятся общие бинарные смысловые противопоставления, служащие для описания основных параметров мира». Ряд крупных исследователей (И. М. Дьяконов, Ю. Е. Берёзкин, В. В. Напольских) выступают против такой расширительной трактовки и отмечают, что у некоторых народов данный архетип вообще не встречается.
В представлении славян
Центром мира для древних славян было Мировое Дерево (Мировое Древо, Древо Мира). Оно является центральной осью всего мироздания, в том числе и Земли, и соединяет Мир людей с Миром Богов и Подземным Миром. Крона дерева достигает Мира Богов на небесах – Ирий, корни дерева уходят под землю и соединяют Мир Богов и Мир людей с подземным Миром или миром Мёртвых, которым правит Чернобог, Марена. Где-то в вышине, за облаками (небесными хлябями; над седьмым небом), крона раскидистого дерева образует остров, здесь-то и находится Ирий (славянский рай), где живут не только Боги и предки людей, но и прародители всех птиц и животных. Таким образом, Древо Мира было основополагающим в миропонимании славян, его основной составной частью. В то же время это ещё и лестница, дорога, по которой можно попасть в любой из миров. В славянском фольклоре Древо Мира называют по-разному. Это может быть дуб, явор, ива, липа, калина, вишня, яблоня или сосна.
В представлениях древних славян, Мировое Древо находится на острове Буяне на Алатырь-камне, который также является центром мироздания (центром Земли). Судя по некоторым преданиям, на его ветвях живут светлые Боги, а в корнях – тёмные Боги. Образ этого дерева дошёл до нас, как в числе различных сказок, сказаний, былин, заговоров, песен, загадок, так и в виде обрядовой вышивки на одеждах, узорах, украшений керамики, росписи посуды, сундуков и т.д. Вот пример того, как описывается Древо Мира в одной из славянских народных сказок, бытовавшей на Руси и повествующей о добыче коня героем-богатырём: «…медный столб стоит, а за него привязан конь, по бокам чистые звёзды, на хвосте светит месяц, во лбу красное солнце…». Конь этот – мифологический символ всей вселенной, который всё же привязан к центру-столбу или древу.
В традициях и ритуалах
Образ мирового дерева характерен для славянских колядок, русских загадок и заговоров. Ср. загадку о дороге: «Когда свет зародился, тогда дуб повалился, и теперь лежит»; этот образ объединяет разные – вертикальные (дерево от земли до небес) и горизонтальные (дорога) координаты мира. Характерен также мотив срубания дерева в славянских колядках в связи с мощением мостов для проезда Овсеня, Нового года, Христа; в болгарской колядке приводится «самоописание» мирового дерева:
В свадебном фольклоре и “вьюнишных” песнях (исполнявшихся для молодых – “вьюнцов”) образ мирового дерева воплощал плодородие живой природы, древо жизни:
В белорусском фольклоре образ мирового дерева непосредственно связан со свадебном обрядом: жених не должен ставить коней у “несчастливого дерева” калины, а должен ставить у счастливого явора, где пчелы приносят мед, стекающий к корням, чтобы напились кони, у корней обитают бобры, в кроне – сокол и т. п.
В традиционной культуре успех любого обряда ставился в зависимость от того, насколько выполняемый ритуал соответствует общей картине мира: отсюда важность образа мирового дерева, воплощающего эту картину, как в фольклоре (будь то заговор или свадебная песня), так и собственно в обряде. У сербов символом благополучия всего села считалось священное дерево “запис” – с вырезанным на нем крестом; в старину у этого дерева совершали жертвоприношения (см. Жертва). Кровью кропили корни, ствол и вырезанный крест.
Влияние образа на быт славян
Хорошо известно, что для древних славян деревья были не просто строительным материалом. Наши языческие пращуры видели в них таких же, как и они сами, детей земли и неба, притом обладающих ничуть не меньшим правом на жизнь. Из дерева, согласно некоторым легендам, были сотворены самые первые люди – значит, деревья древнее и мудрее людей. Срубить дерево – все равно, что убить человека. Но ведь и избу надо строить!
Русские крестьяне предпочитали рубить избы из сосны, ели, лиственницы. Эти деревья с длинными ровными стволами хорошо ложились в сруб, плотно примыкая друг к другу, хорошо удерживали внутреннее тепло, долго не гнили. Однако выбор деревьев в лесу регламентировался множеством правил, нарушение которых могло привести к превращению построенного дома из дома для людей в дом против людей, приносящий несчастья.
Конечно, даже и речи не могло быть о том, чтобы поднять руку на дерево, пользовавшееся почитанием, «священное». Существовали целые священные рощи, в которых все деревья считались божественными, и грех было срывать с них даже ветку.
Священными могли считаться и отдельные деревья, привлекавшие внимание необычайными размерами, возрастом или особенностями развития. Как правило, с такими деревьями были связаны местные легенды. До нас дошли сказания о праведных стариках, на закате дней превращенных богами в деревья.
Никогда не решился бы древний человек срубить дерево, выросшее на могиле. Еще в конце XIX в. крестьяне показывали ученым-этнографам большую сосну, выросшую якобы из косы загубленной девушки; а что, если в дереве поселилась человеческая душа? Верным признаком этого в Белоруссии считали издаваемый деревом скрип: в скрипучих деревьях, согласно поверьям, плакали души замученных людей. Тот, кто лишит их пристанища, наверняка будет наказан: поплатится здоровьем, а то и жизнью.
В некоторых местах России очень долго держался строгий запрет на рубку вообще всех старых деревьев. По мнению крестьян, грешно было отнимать у лесных патриархов право на естественную, «стихийную» смерть от ветровала или просто от старости. Покусившийся на подобное дерево неминуемо должен был сойти с ума, покалечиться или умереть. Грехом почиталась и рубка «молодика» – молодого, недозрелого леса. В этом случае мифологическое воззрение основывалось на вполне естественном стремлении сберечь молодые деревья, не достигшие наилучших кондиций. По отношению же к «лесным старцам» действовал закон мифологического мышления: старший – значит главный, почитаемый, священный.
Деревья с аномалиями развития – большим дуплом, вросшим в ствол камнем или другим каким-либо предметом, с необычной формой ствола, с удивительным переплетением корней – также рубке не подлежали: «не такие, как все» – мало ли какая сила могла в них затаиться!
В разных областях существовали и запреты на рубку некоторых пород. В первую очередь, конечно, это относилось к «проклятым» деревьям, таким как осина и ель. Эти породы энергетически неблагоприятны для человека, «выкачивают» из него жизненную энергию, и это свойство сохраняют даже предметы, сделанные из их древесины. Так что нежелание наших предков жить в еловом или осиновом доме было опять-таки не лишено оснований. С другой стороны, человек, срубивший вполне «доброжелательную» липу, должен был непременно заблудиться в лесу. По всей видимости, боги сурово вступались за дерево, веками обувавшее, а то и одевавшее народ…
Не годились для строительства мертвые, сухие деревья. Оно и понятно: такие деревья не имеют в себе жизненных сил, на них печать смерти – чего доброго, занесут ее в дом. И даже если в доме никто не умрет, «сухотка» привяжется обязательно. В ряде мест по этой причине избегали рубить деревья зимой, когда они лишены соков и «временно мертвы».
С представлениями о смерти, загробном мире связан и запрет, налагавшийся на деревья, упавшие при рубке макушками в северную сторону, «на полночь»: эту сторону света наши предки ассоциировали с вечным мраком, зимой, безжизненным холодом – словом, потусторонним миром. Вставь такое дерево в сруб, и люди в доме долго не проживут!
Особая и очень опасная разновидность запретных деревьев – это «буйные», «злые», «прокудливые». Такое дерево как будто стремится отомстить человеку за свою гибель: может придавить лесоруба, а вытешут из него бревно для избы – того и гляди, обрушит весь дом на голову жильцам. Даже щепка от подобного дерева, нарочно подложенная злым плотником, способна была, по мнению русских крестьян, разрушить новый дом или мельницу. Если же «буйную» лесину рубили на дрова – следовало опасаться пожара!
Существовал и запрет на использование в строительстве деревьев, посаженных человеком. В первую очередь – садовых деревьев, притом находящихся внутри ограды усадьбы. Ученые считают, что дело тут в мифологическом осмыслении таких противоположностей, как «свой» – «чужой», «природный» – «культурный», «дикий» – «домашний». Дерево, взятое в лесу и используемое для строительства человеческого жилья, непременно должно было претерпеть «смену качества»: из «чужого» сделаться «своим». С садовым деревом такого превращения заведомо произойти не могло, а кроме того, садовые яблони и вишни были для наших языческих предков едва ли не членами семьи… Если первые три дерева, намеченные к рубке, по какой-либо причине оказались непригодными, то в этот день лучше вовсе не браться за дело – не будет добра.
Мировое древо в различных культурах
Мировое дерево, древо жизни – в славянской мифологии мировая ось и символ мироздания в целом. Крона мирового дерева достигает небес, корни (у которых течет священный источник) – преисподней, ствол и ветви организуют земное пространство. Священным древом являлся могучий дуб.
Мировое дерево у славянских народов символизировало центр планеты, являлось центральной осью всего мироздания. Примечательно, что верхушка дерева достигала самих небес, где традиционно располагался мир богов. Мир мертвых был спрятан под землей, куда входил корень могущественного растения. Согласно легендам, это дерево растет из Алтырь-камня, находящегося на острове Буян. В культуре образ применялся в похоронных церемониях, ведь именно в кронах деревьев хоронили усопших. По такому дереву душа отправлялась к богам и могла спускаться по нему обратно к людям, чтобы навестить своих родственников. Почитание культа дерева прочно закрепилось в культурных традициях и активно использовалось до 20 века. Например, при постройке нового дома в центре необходимо было закопать молодой побег, рассчитывая при этом на доброту домового. Когда дом был готов, такое дерево высаживали недалеко от новостройки. Мало кто задумывается, но новогодняя ель – это тоже дань культурному прошлому. В наступление нового года мы почитаем мировое дерево и всячески его украшаем. Дерево Мира встречается и у других народов. Его описание отличается, но сакральный смысл один для всех.
После вселенской катастрофы Земля медленно начинала оживать. Вечные Зима и Ночь с Водами Смерти уступали Ранней Весне. Ледники, оставляя за собой огромные валуны, отступали на север, а омытая вешними водами планета менялась, хорошела, становилась добрее к своим обитателям. Люди сначала осторожно выглядывали из пещер, затем оставляли их, с удивлением озираясь вокруг. Огромные пространства поражали воображение обилием красот и чудес, пищи, света и тепла! Случилось это радостное открытие обновленного мира по нашему, человеческому летоисчислению примерно в 12тыс.до н.э.
Однако люди были не первыми и не главными обитателями этого мира: его пространства уже были освоены другими, более развитыми существами. Древние люди наблюдали, запоминали увиденное, слагали об этом песни, передавали их из поколения в поколение, а позднее записали. Благодаря мифам мы можем узнать, как выглядел мир тысячи лет тому назад.
В культуре всех земных народов сохранилась память о Мировой Оси, соединявшей три разных мироздания: небеса с их обитателями, наш срединный мир и подземные царства чудовищ. Нет смысла питать недоверие к сказаниям о Легендарных временах. В древнеиндийских книгах, Ведах, описано Мировое Древо Ашваттха и сказано: «На вершине этого древа, говорят, есть сладкий плод, к которому не стремится лишь тот, кто не желает знать своих прародителей». Древние китайцы были убеждены, что Мировое Древо - это персиковое дерево Паньтао, чьи плоды даруют вкусившему их бессмертие. Впрочем, не только бессмертие: персики долголетия меняют саму природу человека, превращают его в божество. В китайской книге «Путешествие на Запад» описан целый сад огромных персиковых деревьев, на которых плоды созревают очень медленно: на одних - раз в три тысячи лет, на других - вдвое дольше, а на третьих - раз в девять тысяч лет. Счастливцу, отведавшему плод с первого дерева, гарантировано бессмертие и познание истины. Сорвет со второго дерева - обретет вечную молодость и способность летать среди облаков. Персик третьего дерева наделяет высшим могуществом: становишься равным Небу и Земле, Солнцу и Луне.
Китайский бог долголетия изображается улыбающимся старичком с веткой персикового дерева в руках. Видимо, ему удалось попробовать фрукт лишь с первого дерева: обретя вечную жизнь, он не сделался молодым.
Центром мира считали древние скандинавы ясень Иггдрасиль: «Тот ясень больше и прекраснее всех деревьев. Сучья его простерты над миром и поднимаются выше неба. Три корня поддерживают дерево, и далеко расходятся эти корни». «Старшая Эдда» описывает мудрого орла, восседающего на вершине Иггдрасиля. Орел так велик, что между глазами у него свил гнездо ястреб Ведфрельнир. Внизу, у корней ясеня, стоит дом, в котором живут мудрые сестры - норны, определяющие судьбы людей и срок их жизни. У другого корня таится источник знания и мудрости, который стережет великан Мимир. Корни дерева подгрызает дракон Нидхегг. Словом, Мировое Древо - это целый мир, населенный странными, нечеловеческими созданиями.
Славянское Древо мироздания находилось на острове Буяне, где были сконцентрированы все творческие силы природы, все чудесное и удивительное, что существует на свете. Здесь пуп Земли, и потому посреди острова растет вечнозеленый дуб, который корнями уходит к центру планеты, а ветвями достигает небес. Об этом рассказывается в «Голубиной книге»:
Что держит землю?
Вода высокая.
А что держит воду высокую?
Камень плоский.
А что держит камень?
Река огненная.
А что держит тот огонь?
Дуб железный, который появился
прежде всех деревьев. Он и держит всю
В ветвях дерева поют вещие птицы Сирин и Алконост. У ствола дерева лежит волшебный Алатырь-камень, под которым вся земная сила спрятана. Вокруг камня обернулась змея Гарафена. Кого она укусит, тот начнет понимать язык животных и птиц.
Мировое Дерево организовывало пространство мира не только по вертикали, но и по горизонтали, указывая направление света, которые символизировали четыре священных животных, четыре божества или четыре цвета. У индейцев майя боги-чаки охраняли четыре стороны света, каждая со своей цветовой символикой: восток - красный, север - белый, запад - черный, юг - желтый. В индуистской мифологии охранители мира: Индра - на востоке, Кубера - на севере, Варуна - на западе и Яма - на юге.
Мировая Ось в виде дерева служила и своеобразным хронометром, моделью времени, вселенной. У многих народов существуют загадки о дереве с двенадцатью ветвями - месяцами года, с четырьмя веточками - неделями, с семью листами на каждой.
В Библии описан райский сад с Древом познания. Бог Яхве-Элохим взрастил на земле деревья, чьи плоды были прекрасны на вид и приятны для еды. Посреди сада Эдема росло Древо познания добра и зла. В этот сад Бог поместил первого человека - Адама, чтобы тот ухаживал за растениями и охранял их, но предупредил: «От каждого дерева в саду можешь ты есть. Но не ешь от древа познания добра и зла, ибо день, в который ты вкусишь от него, станет для тебя последним». Увы, Адам нарушил запрет и этот день стал последним для его пребывания в Эдеме, откуда он был изгнан. И все же Яхве сжалился над людьми: послал третьему сыну Адама, Сифу, ветку с древа познания.
От древа познания набрался мудрости и скандинавский бог Один: принес себя в жертву и, пронзенный собственным копьем, девять дней и ночей провисел на стволе мирового древа Иггдрасиля. После этого испытания Один изобрел гадательные руны. Испив сок священного дерева - мед поэзии, обрел поэтический дар. Отныне он мог воспарять к небожителям или спускаться в мрачный подземный мир. Это была обычная шаманская практика, к которой прибегали и славянские святые певцы-баяны.
В «Слове о полку Игореве» говорится: «Боян же вещий, если кому хотел песню спеть, то разбегался мысыо-белкой по дереву, серым волком - по земле, сизым орлом - под облака».
Шло время, и Мировое Древо начинало меняться. Исчезали с его ветвей диковинные птицы, улетали драконы. На смену им приходили новые боги. Одним из них стал древнеримский Юпитер, который, в отличие от греческого Зевса, был вначале духом священного дуба и вообще деревьев. Об этом свидетельствуют и его эпитеты: «плодоносный», «бук», «тростник», «смоковница».
В священных рощах древних греков появились прекрасные женские духи деревьев: дриады, мели ад ы и гамадриады. Если первые из них довольно известны, то об остальных почти не вспоминают. Между тем, ясеневые нимфы появились раньше остальных. Их считали прародительницами людей. Мировое Древо сначала переместилось из центра вселенной на окраину - в лукоморье, а затем ушло из срединного, нашего мира, прервав связь с небесами и подземными царствами. Его заменили священные рощи.
Мировое Дерево, древо жизни - в славянской мифологии мировая ось, центр мира и воплощение мироздания в целом. Крона МИРОВОГО ДЕРЕВА достигает небес, корни - преисподней (ср. в ст. Славянская мифология). Образ МИРОВОГО ДЕРЕВА характерен для русских загадок и заговоров. Ср. загадку о дороге: “Когда свет зародился, тогда дуб повалился, и теперь лежит”; этот образ объединяет разные - вертикальные (дерево от земли до небес) и горизонтальные (дорога)- координаты мира. МИРОВОЕ ДЕРЕВО воплощает не только пространственные, но и временные координаты; ср. загадку: “Стоит дуб, на дубу 12 сучьев, на каждом сучке по 4 гнезда” и т. д.- о годе, 12 месяцах, 4 неделях и т. д. В заговорах МИРОВОЕ ДЕРЕВО помещается в центре мира, на острове среди океана (“пуповине морской”), где на камне Алатыре стоит “булатный дуб” или священное древо кипарис, береза, яблоня, явор и т. п. На МИРОВОМ ДЕРЕВЕ в заговорах обитают боги и святые - Богородица, Параскева и др., у корней дерева - демонические и хтонические существа, прикован на цепи бес, обитает в гнезде (“руне”) змея (Шкурупея) и т. п.
В свадебном фольклоре и “вьюнишных” песнях (исполнявшихся для молодых - “вьюнцов”) образ МИРОВОГО ДЕРЕВА воплощал плодородие живой природы, древо жизни: в кроне свивает гнездо соловей, в стволе - пчелы” приносящие мед, у корней - горностай, выводящий малых деток, или сами молодые, супружеская кровать; возле “трехугодливого” дерева стоит терем, где происходит пир и приготовлены “медвяны яства” (мед - пища бессмертия во многих традициях). В белорусском фольклоре образ МИРОВОГО ДЕРЕВА непосредственно связан со свадебном обрядом: жених не должен ставить коней у “несчастливого дерева” калины, а должен ставить у счастливого явора, где пчелы приносят мед, стекающий к корням, чтобы напились кони, у корней обитают бобры, в кроне - сокол и т. п.
В традиционной культуре успех любого обряда ставился в зависимость от того, насколько выполняемый ритуал соответствует общей картине мира: отсюда важность образа МИРОВОГО ДЕРЕВА, воплощающего эту картину, как в фольклоре (будь то заговор или свадебная песня), так и собственно в обряде. Ср. использование обрядовых деревьев, символов мировой оси, во время свадьбы (см. также в ст. Дерево), строительства дома (когда обрядовое деревце помещалось в центре планируемой постройки) и т.д. вплоть до позднейших обычаев устанавливать рождественскую (новогоднюю) елку и т.п. У сербов символом благополучия всего села считалось священное дерево “запис” - с вырезанным на нем крестом; в старину у этого дерева совершали жертвоприношения (см. Жертва). кровью кропили корни, ствол и вырезанный крест.
С символикой МИРОВОГО ДЕРЕВА, помимо обрядового деревца, связаны многочисленные обрядовые предметы - рождественское полено - бадняк у южных славян, ритуальный хлеб, каравай и др. Всякий обряд, таким образом, совершался как бы в центре мироздания, у МИРОВОГО ДЕРЕВА, и повторял акт сотворения мира, обновления космоса (в Новый год и др. календарные праздники), обновления социальной жизни (свадьба и др. семейные обряды) и т.д. В фольклоре образ МИРОВОГО ДЕРЕВА может заменяться образом столпа, “бруса” (ср. загадку о дороге - “лежит брус во всю Русь”), горы (ср. русскую поговорку “Мир - золотая гора”) и т. п.
В средневековых апокрифах, повлиявших на сложение славянской народной картины мира, передается в частности, миф о сотворении мира, где земля держится на воде, вода - на камне, камень - на четырех китах, киты - на огненной реке, та - на вселенском огне, а огонь - на “железном дубе, посаженном прежде всего другого, и все корни его опираются на Божью силу” (“Разумник”, апокрифический текст 10 - 11 вв.). В “Легенде о крестном древе” пресвитера Иеремии (Болгария, 10 в.) Моисей сажает у источника дерево, “сплетенное” из трех деревьев (ели, кедра и кипариса), - прообраз Троицы; из этого дерева, по многим пророчествам, должен быть сделан крест для распятия Христа. Соломон повелел срубить дерево, чтобы поместить в Храм, но оно не уместилось в Храме и было выставлено снаружи. Когда пришло время распятия, дерево распилили на три части, из нижней - корневой - сделали крест для Христа, установив его на Голгофе, где была погребена голова Адама: кровь Спасителя, излившись на голову, спасла душу первочеловека. Кипарис - крестное древо в русском фольклоре, “всем деревьям отец”, растущее на святых Сионских горах; к этому древу, согласно духовным стихам, выпадает Голубиная книга, повествующая об основах мироздания. В древнерусских апокрифах о Соломоне в виде дерева с золотыми ветвями, месяцем у вершины, нивой у корней изображается идеальное государство, где месяц - царь, нива - православное крестьянство.
Лит.:
Топоров В.Н. О структуре некоторых архаических текстов, соотносимых с концепцией мирового дерева // Труды по знаковым системам. Вып.\5. Тарту, 1971;
Иванов В.В., Топоров В.Н. Исследования в области славянских древностей. М., 1974 Родник злато- струйный. Памятники болгарской литературы IX-XVIII вв. М., 1990.
КАКОВА ПРЯХА, ТАКОВА НА НЕЙ И РУБАХА Древнейшей, самой любимой и распространённой нательной одеждой древних славян была рубаха. Языковеды пишут, что её название происходит от корня «руб» – «кусок, отрез, обрывок ткани» – и родственно слову «рубить», имевшему когда-то ещё и значение «резать». История рубахи действительно началась в глубине веков с простого куска ткани, перегнутого пополам, снабжённого отверстием для головы и скреплённого поясом. Потом спинку и передок стали сшивать, добавили рукава. Такой покрой называется«туникообразным» и он был примерно одинаковым для всех слоёв населения, менялся только материал и характер отделки. В основном рубахи шили из льняного полотна, для зимы иногда шили их из «цатры» – ткани из козьего пуха. Были рубахи из привозного шёлка, а не позже ХIII века из Азии начала поступать и хлопчатобумажная ткань. На Руси её называли « ЗЕНДЕНЬ». Другим названием рубахи в русском языке было «сорочка», «сорочица», «срачица». Это очень старое слово, родственное древнеисландскому «серк» и англосаксонскому «сьорк» через общие индоевропейские корни. Некоторые исследователи усматривают разницу между рубахой и сорочкой. Длинная рубаха, пишут они, делалась из более грубой и толстой материи, тогда как короткая и лёгкая сорочка – из более тонкой и мягкой. Так постепенно она и превратилась в собственно бельё: «сорочка», «чехол», а верхнюю рубаху стали именовать «КОШУЛЕЙ», «НАВЕРШНИКОМ». Кошуля - сорочка, рубашка, рубаха, не косоворотка. Курское: женская рубаха с широкими рукавами, шитая по подолу.Костромское: короткий крытый тулуп; ярославское, вологодское: овчинная шуба с борами, крытая китайкою, крашениною или сукном. Также - мужской или женский поддёвок на меху. Блуза, род верхней бористой рубахи, замест верхней одежи или сверх ее; рабочая рубаха. Кошулей - сшитая одежа, нераспашная, не поротая спереди, безполая, надеваемая через голову; корзно, у самоедов совик и малица.Тверское, псковское: корзина,кошель, кошелка, кошу́ля "крытый сукном и отороченный мехом овчинный тулуп". Ярославское, владимирское, архангельское: "женская рубаха с широкими рукавами, расшитая по подолу", курское. (Даль). Ко́шля, белорусское кошу́ля "рубаха", церковнославянское: кошуля, болгарское: кошу́ля, сербохорватское: ко̀шуља, словенское: košúlja, чешское: košile, словацкое: kоšеl᾽а, польское: koszula, верхне-лужицкое, нижне-лужужицкое košula. К X в. на территории Европы складывается Древнерусское государство со столицей в Киеве. Тесные связи Руси домонгольского периода с Византией и Западной Европой определили характер русского костюма, который, несмотря на свою самобытность, все же складывался в русле общего направления в развитии европейской моды того времени. На формирование древнерусской одежды огромное влияние оказали также климатические условия. Суровый и холодный климат - длительная зима, сравнительно прохладное лето. Основными видами изготовляемых материй - льняные ткани (от грубого холста до тончайших полотен) и домотканая шерсть грубой выделки - сермяга. Верхние и парадные одежды боярства и позже дворянства изготовляли большей частью из привозных тканей, получивших название паволок. Русские костюмы шили из тканей различных оттенков красного (багряные, червленые), сине-голубого (лазоревый), иногда зеленого цвета. Все цветные ткани назывались крашенинами. В народе шили костюмы в основном из льняных тканей с набивным узором и пестряди - ткани, сотканной из ниток разного цвета. Одежды обычно украшали различными вышивками - шелком, жемчугом. Мелкий жемчуг добывали в реках, а в более позднее время жемчуг привозили с Востока, из Ирана. Этот жемчуг назывался «гурмыжским». Для одежды домонгольской Руси характерны относительно простой крой и простота тканей, но изобилие «навесных» украшений, то есть украшений, надетых поверх одежды. Это браслеты, бусы, серьги, колты и другие. Идеал красоты предполагал статную фигуру, гордую осанку, плавную походку. У женщин - белое лицо с ярким румянцем, соболиные брови; у мужчин - окладистую бороду. Одежда дополняла облик человека и связывала его с общепринятым эстетическим идеалом. Основой женского костюма являлась рубаха, отличавшаяся от мужской только большей длиной - она доходила до ступней. Богатые женщины носили одновременно две рубахи - исподнюю и верхнюю, причем верхнюю шили из дорогих тканей. Носили рубаху с нешироким поясом, часто вышивали орнаментом. По праздникам поверх поневы или запоны надевали нарядную одежду - навершник, обычно из дорогой ткани с вышивкой. Эта одежда имела вид туники, была длинной и довольно широкой, с короткими широкими рукавами. Навершник не подпоясывали и тем самым придавали женской фигуре статичность и монументальность. В письменных источниках XII в. часто упоминается простая, бедная одежда "руб", "рубище", что, по мнению А. Арциховского, также было общеславянским названием комплекса одежды простых людей ─ рубашки и брюк домашнего производства. Семантика этого слова сохранила свою суть в более поздних определениях. На Руси также существует выражение "одет в рубище" - последний бедняк. По старославянским понятием, слово "руб" означало кусок ткани (И. Cрезневский). Одежда, сшитая из "рубов", тоже могла иметь идентичное название "руб". Разодранная в лохмотья одежда бедняка в XIX веке сохранила название "рубище". Подтверждением архаичности этого слова ─ рубель, которым "утюжили" готовые полотна и полотенца. Славянское слово "рубаха" (от "руб") на определение нательной одежды сохранилось на Руси как общее название этого наряда. Слово "сорочка" заимствованным. Им пользовалась знать, чтобы выделиться. Сорочка стала нательным одеждой верхушки. По исследованиям этнографов XIX-ХХ веков, рубахи были различными по конструктивному решению. Допольные рубашки состояли из прямых сплошных полотнищ от воротника до подола. Такие рубашки в основном были обрядовыми: свадебными, праздничными или посмертными. Рубашка "к подточке" имела две части: верхнюю - "стан, станок, оплечье" и нижнюю, собственно "подточку". Существовали и более короткие рубашки, которые носились отдельно: "оплечье" и нижняя часть - "подшивка". По крою они были туниковидные, шились из одного перегнутого пополам полотнища. Поскольку оно было недостаточно широким, по бокам ниже проймы пришивали прямые или клиновидные боковинки. Рукава были неширокими, прямыми, часто значительно длиннее руки. Они выполняли роль перчаток: защищали руки от холода. Чтобы рукава не мешали работать, их подбирали, "засучивали", а в праздничные дни - подбирали по локоть в сборку и у запястья придерживали браслетом. Такая многофункциональная форма рукавов была результатом жизненного опыта, приспособлением к условиям сурового климата. Мужская рубашка была без воротника, с округлым или прямоугольным вырезом. Иногда спереди имела небольшой разрез и застегивалась у шеи на одну пуговицу, ее называли "голошейкою". Украшали вышивками или мошками по горловине, разрезу, рукавам и подолу. Мужская рубашка была короче, чем женская. Она доходила только до колен. Носили ее навыпуск, подпоясывая тканым или кожаным поясом с металлической пряжкой и украшениями. После принятия христианства в X в. на Руси постепенно входят в употребление длинные, не приталенные одежды. Костюм не выявлял форму тела, был свободным, но не очень широким. Почти все одежды надевались через голову, то есть не были распашными. Они имели спереди лишь небольшой разрез. Почти не носили драпирующихся одежд, а в народе они отсутствовали полностью. Основой мужского костюма была рубаха. В народе обычно носили одну холщевую рубаху, которая являлась одновременно и нижней и верхней одеждой. Знатные люди поверх нижней надевали еще одну, верхнюю, более богатую рубаху. Ее рукава были вшитыми, длинными и узкими. Иногда вокруг кисти на рукав надевали «зарукавья» (прототип манжет) - неширокие продолговатые куски дорогой ткани, часто вышитые. Рубашка не имела воротника. Небольшой разрез спереди застегивали на пуговицу либо крепили шнуром. Но это произошло позже, в ХIII веке. Мужская рубаха древних славян была примерно по колено длиной. Её всегда подпоясывали, при этом поддёргивая, так что получалось нечто вроде мешка для необходимых предметов. Учёные пишут, что рубахи горожан были несколько короче крестьянских. Женские рубахи кроились обычно до полу (по мнению некоторых авторов, отсюда и происходит «подол»). Их тоже обязательно подпоясывали, при этом нижний край чаще всего оказывался посередине икры. Иногда, во время работы, рубахи подтягивали и по колено.Бабьи рубашки те же мешки: рукава завяжи да что хошь положи. Без рубашки - ближе к телу. (Веселые пословицы)Бурлак, что сирота: когда белая рубашка, тогда и праздник. В рубашках орать - в шубах сеять Веру переменить - не рубашку переодеть. Голосиста пташка, да черна рубашка. Город чинят - не только рубашки. Дали нагому рубашку, а он говорит: "Толста". Рубаха, непосредственно прилегавшая к телу, шилась с бесконечными магическими предосторожностями, ведь она должна была не только согревать, но и отгонять силы зла, а душу – удерживать в теле. Так, когда кроили ворот, вырезанный лоскут непременно протаскивали внутрь будущего одеяния: движение «внутрь» обозначало сохранение, накопление жизненных сил, «наружу» – затрату, потерю. Этого последнего всячески старались избегать, чтобы не навлечь на человека беду. По мнению древних, следовало так или иначе «обезопасить» все необходимые отверстия, имевшиеся в готовой одежде: ворот, подол, рукава. Оберегом здесь служила вышивка, содержавшая всевозможные священные изображения и магические символы. Смысл народных вышивок очень хорошо прослеживается с древнейших образцов до вполне современных работ, недаром учёные считают вышивку важным источником в изучении древней религии. Эта тема поистине необъятна, ей посвящено огромное количество научных трудов. Славянские рубахи не имели отложных воротников. Иногда удаётся восстановить нечто похожее на современную «стоечку». Чаще всего разрез у ворота делали прямым – посередине груди, но бывал и косой, справа или слева. Застёгивали ворот на пуговицу. Пуговицы в археологических находках преобладают бронзовые и медные, но исследователи полагают, что металл просто лучше сохранился в земле. В жизни наверняка чаще встречались сделанные из простых подручных материалов – кости и дерева. Легко догадаться, что ворот был особенно «магически важной» деталью одежды. Его столь обильно оснащали охранительной вышивкой, и – золотым шитьём, жемчугом и драгоценными камнями, что со временем он превратился в отдельную «наплечную» часть одежды – «ожерелье» («то, что носят вокруг горла») или «оплечье». Его пришивали, пристёгивали или вовсе надевали отдельно. Рукава рубах были длинные и широкие и у запястья схватывались тесьмой. У скандинавов, носивших в те времена рубахи подобного же фасона, завязывание этих тесёмок считалось знаком нежного внимания, едва ли не объяснением в любви между женщиной и мужчиной… В праздничных женских рубахах тесёмки на рукавах заменялись створчатыми (застёгивающимися) браслетами – «обручьями», «обручами». Нарядные одежды надевались не только для красоты – это были одновременно и ритуальные облачения. Браслет ХII века сохранил для нас изображение девушки, исполняющей магический танец. Длинные волосы её разметались, руки в спущенных рукавах взлетают, как лебединые крылья. Учёные думают, что это танец дев-птиц, приносящих земле плодородие. Южные славяне называют их «вилами», у некоторых западноевропейских народов они превратились в «вилис», в древнерусской мифологии к ним близки русалки. Все помнят волшебные сказки о девушках-птицах: герой, случается, похищает у них чудесные наряды. А также сказку о Царевне-лягушке: взмахи спущенными рукавами играет в ней не последнюю роль. Действительно, сказка – ложь, да в ней намёк. Костюм человека - это комплекс, объединяющий в себе не только одежду и обувь, но так же украшения, аксессуары, косметику и прическу. Костюм сочетает в себе практическую и эстетическую функции, помогая человеку организовать свой быт, труд и общение с другими людьми. Одежда наделена широким кругом значений и функций. Она служит показателем пола, возраста, семейного, социального, сословного, имущественного положения, этнической, региональной, конфессиональной принадлежности, рода занятий человека, его ритуальных ролей. Культура русских городов XIII - XIVвв. была полиэтнической, в ней сочетались славянские, финно- угорские, западные и восточные элементы, что не могло не влиять на костюм горожан - происходило так называемое взаимопроникновение культур. Городской костюм ряда древнерусских княжеств – Московского, Тверского, Владимирского и Суздальского, с привлечением источников соседних земель. Особое внимание уделено костюму племени вятичей. До конца XIII в. это племя еще сохраняет свою самобытную культуру, не только сельскую, но и городскую. Их земли впоследствии вошли в состав Московского, Черниговского, Ростово-Суздальского и Рязанского княжеств. Курганы вятичей XII-XIII вв. предоставляют исследователям костюма домонгольской Руси богатые материалы для реконструкции. В XIII- XIV вв. усиливается роль христианской церкви в русских городах, что подтверждается археологическими находками (резко сокращается количество предметов языческих культов). Поскольку археологические данные свидетельствуют, что древнерусский костюм мало изменился с XII в. и до монгольского нашествия, то расмортренны источники XII в., позволяющие более полно восстановить весь комплекс городского костюма. Был применен комплексный метод работы с археологическими, изобразительными, письменными и другими синхронными источниками по костюму исследуемого периода. Любая реконструкция – это, прежде всего концепция, стадия высокого уровня обобщения и комплексного овладения материалом. Реконструкция исторического костюма – всегда гипотеза из-за неполноты сведений. При этом опыт по воссозданию костюма и дальнейший опыт, появляющийся в процессе его носки, имеет несомненную ценность для исследователей, занимающихся историей средневекового русского быта. Менталитет людей складывается не только из того, что люди видели и знали, но и из того, что делали изо дня в день по привычным, практическим схемам, о которых никто специально и не задумывался. Поэтому у боярыни и у крестьянки разный менталитет не только из-за информационных различий, но и из-за того, что они по-разному двигались, ели, одевались и так далее. Воспроизвести менталитет средневекового человека полностью – непосильная задача для историка, даже если собрать все доступные источники. Но при помощи воссоздания практик (к примеру, процесса приготовления еды, ношения костюма...) можно приблизиться к реконструкции, сочетая мыслительную модель, которую создает ученый на основе источников, и материальную модель, позволяющую максимально приблизиться к пониманию жизни и быта наших предков. Письменные источники донесли до нас слова, которыми в средние века называли нательную рубашку: мужскую и женскую -сорочица, срачица, срачино, срачка, сорочка. В летописном сообщении о бегстве князя Юрия после Липецкой битвы 1216 г. читаем: «Князь Юрьи прибеже в Володимер о полудне, на четвертом коне, а трех удоушил в первой сорочице, подклад и той выверг...». То есть, во время побега князь снял с себя всю верхнюю одежду и верхнюю сорочку, оставшись в одной нижней - «первой сорочице», причем даже выдрал («выверг») из нее подкладку - подоплеку. Нижнюю рубаху шили из беленого льняного полотна, изготовленного обычно в домашних условиях. Шить рубахи для членов семьи считалось домашним женским делом. Поскольку нижнюю одежду часто стирали, ее ткань не вышивали и практически не украшали, ведь средневековая стирка повредила бы вышивку. Данные, приведенные исследователем погребального костюма Верхневолжья Степановой Ю. В. В тех мужских погребениях, где были найдены пуговицы (бронзовые и биллоновые) они располагались в зоне шеи и груди, причем по одной пуговице на уровне шейных позвонков. Только в одном погребении были обнаружены четыре бронзовые пуговицы, очевидно, располагавшиеся вертикально, на шее и груди. Со второй половины XI в. происходит процесс формирования традиционной для русского народного костюма рубахи с разрезом по горловине, возможно, «косоворотки». Те же выводы можно сделать и на основе находок фрагментов воротничков из суздальских курганов. Сохранившихся целых образцов русских мужских рубах XIII-XIV в., к сожалению, нет.